- Размер текста +
Внизу простиралась величественная панорама Корусанта.
Снующие машины, бегущие по делам или праздношатающиеся люди, огни заведений, шум, гудки, музыка…
Жизнь города-планеты кипела, сплетая Силу в столь прихотливый узор, что будь он начерчен на бумаге, самый искусный художник не разобрался бы в нем.
Но все же, среди бесчисленных линий выделялись те, что вели далеко отсюда, за грань сегодняшнего дня, за пределы этого времени. В то, что еще не сбылось…
Они были похожи на нити паутины, что вешает паук в кустах на пути полета мухи. Сколь правилен ее тонкий узор, столь и сложен. Лишь создатель – паук – знает, как сотворил его. Или, может быть, бьющаяся в нитях жертва еще сообразит, куда дернуться, но будет уже поздно – лапки приклеются к прозрачной сетке…
Но пока паутина дрожит в солнечных лучах, никто не замечает ее. Ярки свет маскирует смертельную ловушку, разве что кто-то, ищущий специально, сообразит, под каким углом смотреть. Но таких мало.
А паук ждет. Паук всегда начеку… паук знает, за какую ниточку дернуть.
Паук терпелив…


- На что вы так внимательно смотрите, мой юный друг? Вас что-то беспокоит?
Энакин вздрогнул.
- Нет, нет, что вы, господин канцлер. Я просто…
На столе верховного канцлера горела включенная голограмма… Видимо, глава государства изучал новости со своей родной планеты, когда Скайуокер зашел к нему. Вот он, показатель: порядочный человек никогда не забывает своих корней. Ведь канцлер раньше был сенатором от суверенной системы Набу..
- О… - канцлер прищурился, проследив взгляд Скайуокера. – Так вот что привлекло ваше внимание!
Он не заметил, как чуть покраснели щеки юноши.
- Новости с моей родины… решил просмотреть, как нашлась свободная минутка. С тех пор, как сенат начал обсуждать создание армии… - Палпатин вздохнул и сокрушенно покачал седой головой.
- Так вот, Набу выступает против создания армии, – донеслось до Энакина.
И только тут он сообразил, что прослушал часть фразы, засмотревшись на изображение, висящее на столе главы Республики. Там мерцали какие-то сводки новостей, экономические графики… Все сопровождалось большим портретом сенатора от Набу.
Это была молодая женщина. На ее лице, столь красивом, что она казалась созданием высших сфер, застыло несколько отсутствующее выражение, словно она витала в своих грезах. Энакин знал, почему она так смотрит – это следствие двух сроков на посту королевы Набу.
Королева Амидала. Сенатор Падме Амидала Наберрие.
Канцлер кивнул.
- Наша королева… то есть…наша сенатор – так привык называть ее королевой - вступила в комитет против создания армии. И как всегда ведет за собою народ. Впрочем, что я вам рассказываю! Вы же ее и так знаете. Ведь вы были знакомы, не так ли?
- Да, – Энакин смущенно улыбнулся. – Но я не видел ее уже десять лет.
Скайуокер отвернулся от голограммы Падме. Все-таки это не очень прилично, решил он, прийти к верховному канцлеру и уже десять минут, не отрываясь, рассматривать портрет сенатора…
- Как же разносит людей судьба, – говоря эти слова, канцер чему-то удовлетворенно кивнул. Какой-то своей мысли, решил Энакин. В любом случае, его это не касается…

***
Палпатин удовлетворенно кивнул, наблюдая за реакцией Скайуокера. Теперь все ясно. Но он должен был убедиться в том, что юный джедай совсем потерял голову по этой девушке… а если точнее, по уши втрескался в сенатора Амидалу. И когда успел? Вот это память так память, ничего не скажешь.
Ну, а если Скайуокер еще и не дошел до состояния полного помешательства, то ничего, это вполне исправимо, что именно Палпатин и собирался сделать… Как мило. Девочка сослужит ему еще одну службу. Оставалось совсем немногое: сделать так, чтобы Энакин подольше оставался в обществе своей красавицы. А что может быть проще, чем сделать так, чтобы он стал… ее охранником, к примеру? – Сидиус улыбнулся своим мыслям. Как же всех складно выходит!
А дальше любой вариант хорош. Что несбывшаяся любовь, что сбывшаяся. Впрочем, Палпатин был уверен, сам не зная почему: последний и более предпочтительный вариант сработает.
Потрясающий человек Падме Амидала. Всегда приходит ему на помощь в нужный момент. Просто замечательный человек!


Но в плане оставался еще один пункт.

***
- Да, с тех самых событий на Набу мы не встречались. Я не видел ее. И маму тоже… - у Скайуокера сделался такой вид, будто он вдруг сообразил, что все же не следовало этого говорить.
- Наверное, ты скучаешь по ней?
- Да, скучаю, - лицо Скайуокера приняло совсем уж детский образ, даром что парень выше канцлера чуть на голову. Ребенок, хоть и все двадцать… хоть и джедай, хоть и Избранный.
Ну, ничего, детство – это тот недостаток, что быстро проходит.
- Она часто сниться мне, - продолжил Энакин. – Я боюсь, что с ней что-то может случиться. Ведь у меня нет от нее никаких вестей.
Канцлер сочувственно покачал головой.

***
Ничего, мальчик мой, ничего. Скоро у тебя будут новости от мамы. Обещаю.

Канцлер вспомнил, что за информация сейчас лежит в одном из файлов его личного, страшно засекреченного кома.
Несколько месяцев назад он приказал узнать, что сталось со Шми Скайуокер.

«Итак, она теперь замужем за фермером. Татуин…хм… а что там может случиться с человеком, причем чего-то более страшного, чем смерть? Что такого может случиться с бывшей рабыней?
Татуин… пески, бандиты, песчаные люди!
Фермеры, говорите? Просто прелестно!»
А уж как спровоцировать песчаных людей напасть на ферму, похитить Шми… Все не так сложно. В конце концов, если ничего не придет голову, ему вскоре предстоит визит на свою родину… Ведь у верховного канцлера вполне может случиться недомогание, которое не позволит ему пару дней выходить из своих покоев, не так ли?… а он тем временем отправится на Татуин…
О, как бы здесь пригодился какой-нибудь форсюзер! Но не Дуку же!
Нет, как же это все-таки низко делать такие вещи самому. Оставим это на крайний вариант».

***
Скайуокер ушел.
Тем же вечером, в своих роскошных апартаментах на огромной высоте корусентского небоскреба, Дарт Сидиус вступил в круг голопроектора, а перед ним возникла мерцающая фигура графа Дуку.
- Нам необходимо сделать так, чтобы общественность, и джедаи решили, что сепаратисты хотят убить сенатора Набу – Амидалу Наберрие, что ей угрожает опасность. Нам надо вывести ее из игры. Но временно, мой ученик. Она еще пригодиться нам, – прошелестел он.
Дуку на том конце галактики удивился, но виду не подал, только коротко поклонился своему Учителю.

Оставался еще один звонок. Нужно выполнять и второй пункт программы. Пора начать подводить Скайуокера к черте.
***
… жизнь тянулась неизмеримым числом нитей, возникающих и исчезающих вновь. Но они были не важны. Они обозначали собою «здесь и сейчас», или даже прошлое и будущее – одного, двух, трех, четырех, даже сотни людей… но они не решали, в общей сложности, ничего.
Те, кто мог их видеть, не замечали, просто не могли заметить смертоносного узора, что некто запрятал среди них.
Как не замечает муха на ярком свету тонких и крепких нитей паутины. Как она же не замечает их в сумерках.
Темная сторона не видна глазу. Мерцает туман. Не видно нитей судеб.
Паутину не заметить, если не знать, не знать точно, где искать.

Паук закрепил нить. Он мог быть доволен собой. Эта часть ловушки готова. Муха не вырвется. Осталось не так уж много.
Колесо вертится…


Введите защитный код, приведенный ниже: