- Размер текста +
 
- Люк! Люк, родной мой... - жарко шепчет Хэн, лишая меня остатков невинности в первый же день на этом его лыжном курорте.
Мне хочется врезать ему, послать его не то к ситхам, не то к хаттам, но я задыхаюсь в его руках, под его поцелуями, и могу только простонать в какой-то момент:
- Еще, Хэн! Еще, не останавливайся! - тем более что от хатта Соло когда-то уже сбежал, а ситхи, кажется, не в его компетенции... Зато будут в моей. Совсем скоро.
Поэтому я молчу, приходя в себя после оргазма, и в награду слышу, как Хэн сонно бормочет:
- Малыш, я люблю тебя...
Меня ли?

- Кип, твою мать! - орет Соло днем позже, когда я сворачиваю на экстрим-трассу.
Да, мою мать. Я помню, как это было, когда отряд штурмачей ворвался в дом, отнимая у меня и мать с отцом, и брата. Говорят, были когда-то в Империи настоящие, знающие цену чести солдаты... Наверное, были, только я таких не встречал и не помню. Я помню совсем иное, но сейчас кричу что-то мальчишески-радостное, перелетая обрывы и уворачиваясь от вырастающих на пути острых скал - потому что Хон зовет меня... Тревожится - за меня.
Вот только когда мы заканчиваем маршрут и валимся в снег, смеющиеся, счастливые, он хмурится вдруг, глядя в мое лицо... Да, Хэн, все верно. Это Сила - я не сам ведь такой крутой.
А должен быть сам. И я говорю:
- Знаешь, я все думаю о том, что сказал Люк Скайуокер...

Хэн молчит.
Он молчит, когда я пакую рюкзак - не так уж много вещей у мальчишки, сбежавшего с каторги - молчит, когда я говорю, что меня не нужно провожать, молчит... Впрочем, нет. Он идет со мной, хотя бы до турболифта, и болтает обо всем сразу, а потом вдруг обнимает меня, прижимает к себе крепко-крепко - и шепчет:
- Ты станешь самым крутым в мире джедаем. Круче Люка.
А знаешь, Хэн...
Если ты хочешь - я стану.


28.03.08 (с) Jella Montel
 


Введите защитный код, приведенный ниже: